От известного ученого, академика Юрия Израэля требуют доказательств, что он работал в зоне трагедии

Сегодня, 17 лет спустя, по-прежнему не утихают споры о целесообразности мер, принимаемых при ликвидации последствий чернобыльской катастрофы, подвергаются сомнениям официальные данные о масштабах аварии. Именно по этой причине мы обратились к ученому-экологу, директору Института глобального климата и экологии Росгидромета и РАН, академику Юрию ИЗРАЭЛЮ.

В поисках “засекреченных” цифр

Юрий Израэль прибыл в Чернобыль на следующий день после аварии. В ранге министра – главы Госкомгидромета СССР – он возглавил работы по мониторингу радиационной обстановки как в ближайшей зоне АЭС, так и на территории всей страны.

– Юрий Антониевич, в недавних публикациях экологов-общественников опять появилась гипотеза о том, что руководством страны в МАГАТЭ были представлены ложные данные, и на деле из разрушенного реактора в атмосферу было выброшено не три процента радиоактивного вещества, а не менее шестидесяти. Отсюда и воздействие, соответственно, более мощное, и жертв, несомненно, больше.

– Вот откуда три процента, я сейчас объясню, а откуда взялись 60 процентов – никто никогда не узнает, потому что эти шестьдесят – высосаны из пальца. И это легко доказать. Наш институт собрал и обобщил информацию практически по всем осевшим после выброса наиболее опасным долгоживущим радионуклидам. Были созданы атласы радиоактивного загрязнения России, Беларуси и Украины. По цезию-137, как наиболее распространившемуся, и к тому же – долгоживущему, мы вообще сделали карту загрязнения всей Европы. В этих атласах четко видно, какое количество, какого вещества и на каких территориях выпало. Все тщательнейшим образом измерялось сначала с воздуха, затем наземными методами, после чего отбирались пробы, общее число которых перевалило за миллион. А так как количество наработанных в реакторе радионуклидов было известно, вычислить процент выброса не составляло труда. Вы и сами можете наши карты на квадратики расчертить и, зная, сколько вещества в каждом, посчитать общую величину.
Вот и получается, что с учетом промышленной площадки ЧАЭС, где радиоактивного вещества осело больше всего, выброс в среднем составил от трех до пяти процентов. Более летучих веществ, например цезия-137, было выброшено около 10 процентов, менее летучих (цирконий-95, плутоний-239,240) – 1-2 процента, и так далее. Все ученые давно с этим согласились, и те, кто утверждают иное, – просто неграмотные люди.

– Но ведь и они постоянно приводят какие-то расчеты.

– Разумеется. Знаете, у меня однажды был спор с лидером “зеленых” Алексеем Яблоковым. Он собрал несколько физиков, которые расчетным путем показали, что выброс по некоторым изотопам был в два раза больше, чем посчитали наши ученые. И Яблоков сразу же сделал вывод, что все цифры по дозам облучения занижены в два раза. Казалось бы, логично, да? На самом деле на совещании, где это обсуждалось, он уже после трех минут нашего разговора признал свою неправоту. Я тогда сказал: “Вы меня извините, но люди получали дозы облучения не оттого, что кто-то насчитал выбросы из реактора, а от той радиоактивности, что попала на землю. Величина активности измерена сотнями тысяч проб. Здесь нет никаких сомнений”.
В Чернобыле работал межведомственный совет, включавший сотрудников самых разных учреждений. И если хоть в одном случае цифры у нас расходились, мы посылали группу экспертов для проверки этих данных.

– А вас часто обвиняли в преднамеренной лжи о Чернобыле?

– Не только обвиняли, но и раз пять пытались инициировать судебные разбирательства. Я очень хорошо помню следователя, который вызвал меня к себе как свидетеля и в ходе беседы, спросив об этих же “секретах”, заявил, что моим цифрам верить нельзя, поскольку я выполнял социальный заказ. Тогда я не сдержался, придвинул к нему чистый лист бумаги и говорю: “Вот вы – человек умный. Предположим, сегодня случился Чернобыль. Напишите мне социальный заказ. Какие цифры я должен вам дать? Кто кроме высококвалифицированного специалиста вообще способен разобраться в этих данных?” После этого следователь сказал, что на этот вопрос отвечать не надо. В Чернобыле мы измеряли то, что есть. В правильности измерений я абсолютно уверен.

Отчуждение в рентгенах

Сегодня, когда речь заходит об отселении жителей с территорий, наиболее загрязненных радиоактивными выбросами, одни считают, что на множество пострадавших населенных пунктов просто махнули рукой, другие – что на большинстве отчужденных территорий жителей принуждали к выселению совершенно напрасно.
– Да, можно и спорить, и обвинять нас сколько угодно, – говорит Юрий Антониевич, – но здесь мы целиком полагались на медиков, которые исходили из опыта ядерных испытаний и уральской аварии 57-го года. Для Чернобыля медицина установила планку в 10 рентген, или 10 Бэр (биологический эквивалент рентгена), за первый год после аварии. Если существовала опасность, что на какой-то территории человек мог получить годовую дозу такой или большей величины, зона попадала под меры принудительной эвакуации. Основной задачей наших подразделений было выявление всех территорий, которые охватило загрязнение, и определение степени этих загрязнений.

– Но если посмотреть на ваш атлас, то даже в тридцатикилометровой зоне вокруг станции есть небольшие участки, где дозы не превышают допустимые уровни. Однако из этой зоны выселили всех.

– Я действительно настаивал на том, чтобы зону отчуждения вокруг станции ограничить не десятью, а тридцатью километрами в независимости ни от чего. Когда принималось это решение, реактор все еще продолжал активно выбрасывать радионуклиды. Метеорологическая обстановка была довольно сложной, направление ветра могло в любой момент измениться, и он погнал бы выбросы на неотселенную территорию.

Киев мы отстояли

– И вместе с тем, когда встал вопрос об эвакуации Киева, вы заняли противоположную позицию?

– Я занял разумную позицию. Киев мы с директором института биофизики академиком Ильиным буквально отстояли. Украинское политбюро настаивало на том, чтобы весь город был эвакуирован. Но к 7 мая, когда по этому вопросу состоялось заседание политбюро Украины, мы уже знали, что городу повезло, и практически вся серьезная радиоактивность до Киева не дошла или прошла мимо. Своей позицией мы тогда многих против себя настроили. Однако до сих пор никто не сказал, что наше решение было неверным. Наши письменные рекомендации с подписями были убраны в сейф руководителя республики. Всю ответственность переложили на нас, и если бы в Киеве что-то произошло, нас с Ильиным в лучшем случае посадили бы.
Но вы представьте, что могло быть, если бы три с половиной миллиона человек выбросили из города. Только из-за паники при эвакуации людей могли подавить столько, что количество погибших превысило бы все те несусветные данные о числе пострадавших, которые выдумывают.

– Как вы оцениваете эти заявления о тысячах жертв аварии?

– Серьезные данные медицинского регистра публиковались уже не раз. Так откуда же постоянно выуживаются мифы о тысячах погибших? Я не врач, но за долгие годы работы на ядерных полигонах признаки лучевой болезни узнал очень хорошо. Эти признаки ни с чем не спутаешь. Так вот, я хочу сказать, что от лучевой болезни в Чернобыле умерли 29 человек – сотрудники станции и пожарные, принявшие на себя первый удар. За пределами промышленной площадки АЭС ни у кого лучевой болезни не было! Ни у одного человека.

– А как сегодня обстоят дела на российских территориях, подвергшихся воздействию радиации, после аварии на ЧАЭС?

– В России наиболее пострадала Брянская область, где четыре села даже отселили в обязательном порядке, затем – Тульская и Калужская. Основное загрязнение – цезием. Я не склонен говорить, что сегодня никакой опасности нет. Лучше объясню, почему опасность постоянно уменьшается. Основных причин – две. Первая – период полураспада цезия 30 лет, за этот срок он сам по себе уменьшается вдвое. Вторая причина в том, что с каждым годом цезий уходит все глубже в почву, в те слои, откуда он уже не может попасть в растительность и, как следствие, в продукты питания. То есть эффективный период полураспада как бы сокращается приблизительно до 10 лет.

Олег Ларько

ПРАВО


Докажи, что ты был в пекле

Едва ли не каждую годовщину аварии на ЧАЭС ликвидаторы отмечают, отстаивая свои права. В нынешнем году их недовольство направлено на чиновников, затеявших мероприятие, называемое обменом чернобыльских удостоверений. И вроде бы помыслы были наилучшие: отсечь всех тех, кто причислил себя к ликвидаторам, не имея на это ни малейших оснований. Однако в какую проблему превращается замена этих удостоверений, я впервые узнал от людей, подозревать которых в лже-ликвидаторстве – по меньшей мере проявление необразованности.
– А мне удостоверение тоже не меняют, – сказал вдруг Юрий Антониевич, когда у нас зашел разговор об этих нововведениях. – Парадокс: меня столько раз пытались под суд подвести, утверждая, что я слал из Чернобыля неверные данные, а теперь доказывают, что меня там вообще не было.
Странно слышать такое от ученого с мировой известностью, награжденного за ликвидацию последствий аварии орденом Ленина уже в 1986 году. Странно слышать такое от человека, которому в 1990 году была вручена золотая медаль Международного научного центра “Этторе Майорана” (Италия) за выдающийся вклад в борьбу с последствиями чернобыльской катастрофы и проявленное при этом личное мужество с надписью “Юрию Израэлю за Чернобыль”. И уж совершенно странно слышать это от лауреата премии имени Сасакавы – высшей премии ООН-ЮНЕП, которую ученому присудили в 1992 году за выдающийся вклад в дело охраны окружающей среды и решение проблем чернобыльской катастрофы.
– Вот чем я теперь докажу, что я чернобылец? – усмехается Юрий Антониевич. – Командировочные удостоверения по закону хранятся три года, да и не выписывал я сам себе командировочных. Сохранились ведомости о зарплате, но в них я тоже не расписывался. Не получал я в Чернобыле повышенной зарплаты, думал, зачем наживаться на беде… Ну, в книгах разных написано, что я там был, но это для чиновников не доказательство. Ну, орден получил, хотя и его теоретически можно было получить, в Чернобыле не бывая. Что ж, будем доказывать… Или плюнем на это дело. Родился ведь я не чернобыльцем…
Источник: Российская газета

VN:F [1.9.10_1130]
Рейтинг: 3.7/5 (Голосов: 3)
СМИ Авария Чернобыль: Ложь о Чернобыле в сейфе и в земле, 3.7 out of 5 based on 3 ratings
Опубликовать в:
  • Facebook
  • В закладки Google
  • email
  • Twitter
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Яндекс.Закладки
  • LiveJournal
  • Google Buzz
  • Одноклассники
  • Blogger

Оставить комментарий