Прошло почти четверть века после катастрофы на ЧАЭС, а дискуссии о ее последствиях не утихают. Людям сложно сориентироваться в потоке информации. Уже выросло поколение, не знавшее жизни «до Чернобыля» и даже некоторые молодые журналисты всерьез считают, что материалы об аварии на ЧАЭС скучны. Мол, надо бы писать об этом «веселее». Но «весело» не получается.

От «рыжего леса» — к вздорожавшей земле

Журнал Forbes опубликовал список уникальных адресов для туризма. В рейтинге экзотических мест лидирует Чернобыльская АЭС, опередив Антарктиду, Монголию, Северную Корею и пр. Да что там Forbes, любой рыбак подтвердит, что дельта Припяти — заманчивое место для отдыха и рыбалки, куда рвутся любители лова, создавая проблемы для охраны зоны отчуждения. Еще факт — земельные участки в Иванковском районе, примыкающем к зоне отчуждения ЧАЭС, рекламируются как экологически чистые, а цена земли на берегу Киевского водохранилища, вблизи зоны, равна стоимости в окрестностях Киева. Тем не менее, здешние жители (да и не только они) продолжают связывать с Чернобылем свои проблемы.

— Авария на ЧАЭС — крупнейшая радиационная катастрофа, в наибольшей степени повлиявшая на население трех наиболее загрязненных стран: Украины, Белоруссии, России, — говорит директор Украинского НИИ сельскохозяйственной радиологии Национального университета биоресурсов и природопользования, доктор биологических наук, член комиссии по радиологической защите Украины, консультант МАГАТЭ Валерий Кашпаров.

Наибольшие дозы облучения получили ликвидаторы в первые месяцы после аварии. Большие дозы внешнего облучения получают те, кто долго находится вне помещений (лесники, сельхозработники) или проживает в деревянных домах с малыми защитными свойствами. Ученые заверяют, что «ингаляционная» доза поступления радионуклидов дает небольшой вклад в суммарную дозу облучения. Несмотря на то, что ингаляционное поступление радионуклидов в организм механизаторов за рабочий день может превышать годовое поступление для других групп населения, даже для этой критической группы на загрязненных территориях эффективные дозы от ингаляции радионуклидов, по оценкам специалистов, в 10—1000 раз ниже доз от внешнего облучения. Внутреннее же облучение людей происходит в основном за счет потребления пищи, содержащей радиоактивный цезий. Через корни он поступает в растения, потом с кормом в организм животных, далее — в организм человека с продукцией животноводства, растениеводства и дарами леса.

По-прежнему есть проблемы с радиоактивным загрязнением молока. Средняя удельная активность цезия в молоке менее чем в 80 населенных пунктах Ривненской и Житомирской областей превышает уровень в 100 Бк/л (в 10—15 селах Ривненской области средняя удельная активность цезия в молоке достигает уровня 300— 800 Бк/л). Ученые считают, что радиоактивное загрязнение продукции в большей степени зависит не от содержания цезия в почвах, а от свойств самих почв, влияющих на интенсивность его поступления в растения. Из плодородных почв (черноземов, серых лесных) в растения переходит меньше цезия, чем из торфяников и бедных песчаных.

— Облучение привело к острым эффектам у растений и животных на расстоянии 10—30 км от точки выброса в первые месяцы после аварии на ЧАЭС. Все знают о «рыжем лесе», погибшем в 1986 году. Хвойные деревья радиочувствительны и погибают при тех же дозах облучения, что и млекопитающие. Для восстановления популяций растений и животных от серьезных радиационных эффектов потребовалось несколько лет. После прекращения деятельности людей зона отчуждения стала уникальным заповедником. Здесь можно увидеть много животных и птиц, которые там не жили: зубры, рыси, орланы, белохвосты, лошади Пржевальского. Говорят, видели следы медведя в Белорусском радиологическом заповеднике, — рассказывает Валерий Кашпаров.

Удар по репутации

Ряд аналитиков полагают, что ограничения на производство сельхозтоваров способны подорвать рынок сбыта пищевой продукции из пострадавших районов. Ведь производство «безопасных пищевых продуктов» во многих районах было возможным при реализации специальных защитных мер, что повлекло более высокие затраты на удобрения, добавки и особые методы обработки почвы. Но даже там, где защитные меры сделали ведение хозяйства безопасным, стереотип Чернобыля привел к отказу от продуктов из загрязненных районов. Основная сила этого «удара по репутации» пришлась на предприятия, составляющие опору промышленности в регионах — так называемые «пищевые», особенно сильно пострадавшие от такого «брендинга».

— Главной проблемой в пострадавших регионах в настоящее время является несоответствие социальной и экономической инфраструктуры, недостаточное финансирование местных органов власти и ограниченные возможности органов местного самоуправления, — говорит эксперт Программы развития ООН (ПРООН) Ирина Абалкина. — Чернобыльские программы не ориентированы на борьбу с бедностью в пострадавших районах, потому что во многом система социальной поддержки формировалась по следам уходящей плановой экономики.

Г-жа Абалкина делает вывод: нужно поддерживать инициативы, направленные на стимулирование притока отечественного и иностранного капитала на региональном уровне, способствовать созданию рабочих мест и создавать положительный образ пострадавших регионов.

Примеры тому есть. В с. Словечно Житомирской области предприниматель из Бельгии в 2007 году организовал предприятие, экспортирующее в Европу замороженные и консервированные грибы и ягоды. И от этой продукции никто не шарахается как от экологически «нечистой». Село Листвин Житомирской области отнесено к третьей зоне радиационного загрязнения, т.е. зоне добровольной эвакуации. В
90-е годы здешняя инфраструктура стала ухудшаться из-за отсутствия средств. В 2003 году листвинчане узнали о возможности сотрудничества с ПРООН и начали процесс самоорганизации. Первым проектом было восстановление бани, что позволило не только создать рабочие места, но и улучшить санитарно-гигиенические условия. Продолжением стали реконструкция местной клиники, создание молодежного центра.

Снять статус чернобыльской зоны — такую задачу поставило перед собой руководство города Коростеня, решив, что такая «печать» только мешает развитию. Одним из первых шагов в этом направлении было установление партнерских отношений между местными органами власти, бизнесом и общиной. Разработали стратегический план развития Коростеня до 2014 г. Местный горсовет сотрудничает с международными организациями, поддерживающими его проекты развития, заключил соглашения с городами-побратимами. При поддержке Чернобыльской программы возрождения здесь было создано управление экономического развития, объединившее предпринимателей города и поддерживающее улучшение деловой жизни, улучшена городская рекреационная структура.

КПД приведенных примеров заключается еще и в том, что на местах люди поняли главное: бедность — тоже фактор риска в постчернобыльской жизни. Ведь жители села или маленького городка далеко не всегда могут позволить себе купить нужные лекарства, порой неполноценно питаются, тяжело трудятся в поле или на ферме, стирают в холодной воде, мерзнут и т.д. Провинциальные жители опасаются заболеть (в том числе и «от радиации»).

«Мы эту радиацию готовы есть ложками!..»

В последнее время все чаще высказывается мысль, что новые реалии требуют разработки среднесрочной концепции изменения политики по Чернобылю. Ведь надо отразить переход от оказания гуманитарной помощи, значительной зависимости «чернобыльцев» от системы социального обеспечения к переосмыслению социальных и экономических программ реабилитации и переориентации расходов на здравоохранение. Посыл в социум таков: если основная проблема — бедность и экономическая отсталость, то ее решение — стимулирование развития регионов.

Впрочем, нетрудно предположить, что если не изменятся экономические условия в целом, люди будут всеми силами противиться ущемляющим их интересы изменениям. Достаточно сказать, что при проведении социологических исследований, «зондирующих» пока что теоретический вопрос пересмотра «чернобыльских» льгот, абсолютное большинство респондентов высказались категорично: «Мы эту радиацию готовы есть ложками, лишь бы льготы не отменяли!»

При таком раскладе важное значение в разъяснительной работе с людьми отводится информации: «Наша международная программа направлена на обеспечение приоритетных информационных нужд населения, живущего на территориях, пострадавших от аварии на ЧАЭС, — поясняет сотрудник департамента ядерной и радиационной безопасности МАГАТЭ (Вена, Австрия) Владимир Берковский. — Основной задачей программы, финансируемой Фондом человеческой безопасности ООН, является перевод и адаптация самой последней научной информации о последствиях аварии на АЭС и практические советы для людей, живущих на пострадавших территориях. Этот проект — результат совместных усилий МАГАТЭ, ПРООН, ЮНИСЕФ и ВОЗ.

Каковы же международные рекомендации по «чернобыльским» вопросам? Эксперты настоятельно рекомендуют дифференцировать государственные программы в соответствии с уровнями радиоактивного загрязнения, ведь для разных зон характерны разные проблемы. Поскольку естественные процессы восстановления в сочетании с защитными мерами привели «к значительному снижению уровней излучения» (как утверждается в презентации ВОЗ), посланцы ООН рекомендуют правительствам пересмотреть классификацию зон, т.к. «радиация больше не является наибольшей проблемой экономического и социального развития», а «сложившаяся система зонирования накладывает гораздо более строгие ограничения, чем это оправдано существующими уровнями излучения». В соответствии с этим, правительствам рекомендуется (при содействии международных организаций) довести до населения информацию о том, что многие районы, ранее считавшиеся зоной риска, безопасны для проживания и ведения хозяйства. Эксперты утверждают, что зоны с умеренным уровнем загрязнения можно сделать пригодными для достойного проживания с помощью эффективных мер по снижению радиационного воздействия, а меньшие по площади районы с более высоким уровнем загрязнения требуют другого подхода, предусматривающего интенсивный контроль, предоставление медицинских, социальных услуг.

Вывод ряда отечественных и зарубежных специалистов таков: программы, способствующие развитию менталитета жертвы, следует менять на программы, которые бы поддерживали использование возможностей для развития, содействовали проявлению инициативы на местах, вовлекали местных жителей в строительство собственного будущего и давали им уверенность в завтрашнем дне без внешней помощи. «Сравните только два слова, — призывает доктор психологических наук Татьяна Мельницкая, — в Японии людей, переживших атомный взрыв, называют «выжившие», а у нас «чернобыльцев» называют «пострадавшими».

Источник: Зеркало Недели

VN:F [1.9.10_1130]
Рейтинг: 4.7/5 (Голосов: 6)
СМИ Авария Чернобыль: ЧерноБОЛЬ с нами, 4.7 out of 5 based on 6 ratings
Опубликовать в:
  • Facebook
  • В закладки Google
  • email
  • Twitter
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Яндекс.Закладки
  • LiveJournal
  • Google Buzz
  • Одноклассники
  • Blogger

Оставить комментарий